§1  §2   §3   §3,1   §3,14    §4   §5  §6   §7   §8   §9  §10   §11   §12    §13  §14   §15  §16   §17   §17,1   §18

§9 Я таки решила свалить. Просто не было вариантов.

Осенью 14-го, когда стало ясно, что «эта музыка будет вечной» и что за мной рано или поздно придут хмурые ребята, чтобы спросить доходчиво паяльником про мужа в добробате, я таки решила свалить. Ну как решила…Просто не было вариантов. Вообще. Я купила билет до Артёмовска, засунула в сумку пару трусов, свитер, винчестер, сто баксов, паспорт, мышеньку из глины и розу с сентябрьского фестиваля в парке кованных фигур. Приехала на Южный. Там сновали толпы людей. Не толпы, когда кто-то мешает, а толпы, когда в двухэтажное здание вокзала зайти нельзя. Это было похоже на Стену Флойдов, сюр с мясорубкой.


Внутрь заходят мужчины и женщины, дети и старики, коляски и переноски, кошки и хомяки, доски для сёрфинга и ролики, вещи «на первое время». А выходят счастливые обладатели билетика вникуда, пропуска нахер, незамысловатого и пугающего аусвайса из ада. Для тех кто осмелился, кто просто физически смог, кто морально сломал в себе спиномозговую привязанность к дому. 

Мальчик, который едет просто «на море». Молодая беременная пара, которая «да мы чтоб родить в безопасности и назад». Мужик, которому предложили работу в Запорожье. Женщина с сумасшедшими глазами и догом, которая едет в Марик, к сыну. А он не любит собак. Никто не брал зимних вещей. Каждый думал, что это на пару месяцев.

Потом были блокпосты, когда уходила душа не в пятки совсем, в пятки - враньё. Она уходит поближе к мочевому. И там ворочается суетливо комком проглоченной не пережёванной истерики. Кончики пальцев зудят, сидеть блядь спокойно, смотреть в окно задумчиво и ровно! 
Знают про мужа, не знают, пропустят, не пропустят, грохнут прям здесь, увезут на Щорса в подвал, мама не выдержит, почему я так боюсь, стыдно так бояться, я же не боялась в 90-е ночью по Марику…Пропустили. Выдох. Следующий блок пост, вдох, пропустили, выдох.

Дальше разбитая Ясиноватая, как кино, обугленные дома, куски многоэтажек, брошенные собаки, пустые блокпосты, чёрно-белый артхаус, вырубите на хуй(с)… Автобус молчит как мешком пришибленный, никто не трепится по телефону или с попутчиком. Никто не хочет обсудить вот это, за окном, страшное, нелепое, уёбищное. Его не должно быть!

Потом Артёмовск. Загорелый как скумбрия, худой камуфлированный муж, флаги, друг Тоха, который в Донецке был домашним интеллигентным диванным мурчиком, теперь весь такой Рэмбо, с пулемётом, опасный шокапец. Отличное пиво у них в Артёмовске. И Артёмовск сам неплохой. Уютный, чистый. Наглядно нашпигованный обороной, крепкий, взгляд исподлобья.
Вата шипит, булькает, но очевидно ссыт выступать громко. Слишком много в городе вооруженных людей. С самыми разными знаками отличия.

И очевидный поразительный контраст с Донецком - я не видела пьяных в говно. Не видела гадящих в центре города под деревом. Не видела быкующих-орущих матом и дающих очереди в воздух. Это страшно, адски радует после донецкой развесёлой вакханалии чеченов и казачков с бурятами. А потом я поехала на Запад.

Немає коментарів:

Дописати коментар